Официальный сайт ГУУ/Научные конкурсы/Торговые войны и дисбалансы современной мировой экономики
Календарь событий

Торговые войны и дисбалансы современной мировой экономики

28 мая 2019 года эксперты авторитетного информационного агентства Bloomberg заявили что совокупные потери мировой экономики от взаимного торгового конфликта США могут составить в 2021 году порядка 600- млрд. долл. США. При этом, по наихудшему сценарию развития события вся торговля между странами будет обложена таможенными пошлинами и, как следствие, потери ВВП США составят 0,5 %, Китая – 0,8 %, мировой экономики в целом – 0,5 %.

 

комментарий (д.э.н., проф. Е.Н. Смирнов):

 

Как известно, обострение торгового конфликта выразилось в введении пошлин США на китайский импорт в размере 250 млрд. долл. (размер пошлин – 10 и 25 %), что привело и к ответным мерам со стороны Китая. Однако для США торговля с Китаем выгодна ввиду дешевизны китайского экспорта, а также огромного дефицита текущего счета платежного баланса США (это значит, что займы США у зарубежных стран намного больше тех сумм, которые США ссужают остальному миру). Более того, если приток капитала из Китая замедлится, то это приведет к увеличению процентных ставок США, что, соответственно, сделает финансирование суверенного долга США дорогим.

Торговый конфликт между США и Китаем в 2018-2019 гг. является прямым следствием политики либерализации международной торговли в несколько последних десятилетий. Динамичный рост международной торговли в период после Второй мировой войны, опережающий рост мирового ВВП на 50 %, был обеспечен последовательными циклами либеральной политики Генерального соглашения по тарифам и торговли (ГАТТ). Очевидно, что стремление либерализировать международную торговлю было обусловлено желанием стран капитализировать собственные сравнительные преимущества за счет специализации, однако, если идти таким путем, то не все вырисовывается так гладко для наименее развитых стран. В любом случае, необходимо понимать, что либерализация международной торговли может способствовать обогащению развивающихся стран тогда и только тогда, когда в этих странах есть набор инструментов специальной «поддерживающей» экономической политики.

Дохийский раунд торговых переговоров в рамках ВТО показал, что крупные развивающиеся страны выступают против всеобъемлющего уменьшения пошлин и открытия собственных рынков. Если рассматривать конструкцию региональных торговых соглашений, то в них барьеры снижаются только для членов соглашения, что способствует замедлению импорта из третьих стран.

На современном этапе, помимо прочего, экономическая политика США способствует тому, что изменяются стимулы к трансграничному инвестированию и структура глобальных цепочек создания стоимости, а также затрудняется межстрановое движение технологий и трудовых ресурсов. Все более значимой дилеммой становится вопрос: необходимо ли странам применять государственное субсидирование и таможенные пошлины для защиты своих экономик? Есть и четкое понимание того, что торговые конфликты (а особенно между крупнейшими участниками международной торговли) будут вести к дальнейшей экономической поляризации между отдельными странами.

Другой аспект – современная экономика Китая. Среди основных проблем: критический уровень кредиторской задолженности страны, обеспокоенность инвесторов по поводу роста процентных ставок (они ведут к снижению потребления, инвестиций и рыночной капитализации компаний), зависимость от импорта США (здесь речь идет об импорте продукции промежуточного потребления, производимой в Китае); наличие избытка мощностей в некоторых отраслях; «сдержанные» позиции частного сектора Китая на рынке. В последние годы в целом в странах Азии процентные ставки снижались по причине профицита сбережений, что как бы демонстрирует неразавитость рынка капитала и, как следствие, – невозможность конструктивно освоить этот профицит. Именно поэтому наблюдающееся замедление роста экономики Китая, которое могло бы стимулировать уменьшение мировых процентных ставок, может, напротив, привести к их росту. Парадоксально, но при том, что Китай сегодня – крупнейший в мире получатель прямых иностранных инвестиций,  однако уже свыше 10 лет в стране наблюдается дефицит доходов от инвестиций.

Основной угрозой отрицательной политики правительства Д. Трампа в сфере торговых преференций является неясность реакции развивающихся стран. Для США повышение тарифов служит инструментом оправдания собственного огромного дефицита торговли с зарубежными странами. Однако введение тарифов, если и способно изменить географическую структуру внешней торговли, почти не отражается на текущем счете операций платежного баланса. Динамика последнего в большей степени обусловлена соотношением сбережений и инвестиций в США, и если сбережений будет больше, то и счет текущих операций будет хронически отрицательным. Положительная роль тарифов для текущего счета состоит в том, что они, с одной стороны, увеличивают налоговую нагрузку на потребителя, а с другой – являются субсидиями по отношению к внутреннему производителю. Значит, для последнего доход от использования капитала будет возрастать, и доходов от капитала будет все больше, чем доходов от труда, и в итоге общий уровень сбережений будет расти. Однако такой эффект, как показывают последние исследования, не так уж и значим. Что касается доходности и надежности казначейский облигаций США, то они не так высоки, как это может показаться, поэтому Федеральная резервная система, опасаясь роста и так высокой долговой нагрузки, может начать избавляться от нее за счет инфляционных инструментов (в данном случае – эмиссии доллара). Если ситуация в экономике Китая будет обостряться, то США могут прибегнуть и к секвестирования зарубежных активов Китая, номинированных в долларах.

Введение тарифов со стороны США можно воспринимать и как политическое решение, обусловленное опасениями США по поводу многостороннего формата регулирования международной торговли, где предполагается равенство участников, а значит роль США ослабляется. В текущей повестке международного экономического сотрудничества возник новый вопрос: как страны должны относится к отрицательным преференциям (взаимному установлению таможенных пошлин)? Так, если США вводят пошлины на китайский импорт, то европейский производитель получает два конкурентных преимущества: перед китайским производителем на американском рынке и перед американским производителем на китайском рынке. В итоге большой объем американо-китайской торговли может перенаправиться в страны Азии и Европейского союза, близких к китайскому рынку. В итоге Европейскому союзу достанется больше выгод, поскольку он – крупнейший торговый партнер как Китая, так и США, а также по причине того, что европейские производители – самые ближние конкуренты американских компаний. Ранее США и Китай в торговле были взаимно открыты, но в настоящее время торговые ограничения касаются все более широкого круга товаров, поэтому указанные нами перенаправляемые потоки могут быть существенными. Считаю, что такая конфронтация может привести к выигрышу прочих стран, однако не Китая и не США, производители и потребители которых, зависящие, например, от импорта оборудования, вынуждены будут платить еще больше.

Для Китая в наибольшей степени надежной стратегией должны стать структурные экономические реформы, в частности: усиление спроса за счет краткосрочных мер, а именно распределения инвестиций в инфраструктуру через регионы; послабления для государственных компаний в части смягчения условий и процедур кредитования; обеспечение справедливой конкуренции между государственными и частными компаниями; достижение большей гибкости рынка труды; налоговое реформирование (временное снижение ставок налога на прибыль и НДС, что, конечно, создаст нагрузку на бюджет страны, но обеспечит стимулы для инвестиций). Также Китаю необходимо продолжать политику снижения инвестиционных и торговых барьеров для иностранных компаний, работающих в Китае, что будет вести к росту покупательной способности домохозяйств и их доходов, а также усилению позиций на рынке частных компаний. Несмотря на то, что есть много критики по поводу либерализации международной торговли, ни одна другая страна в мире не получила столько выгод от этой либерализации, как Китай (особо отчетливо это проявилось после присоединения Китая к ВТО в 2001 году).

В целом, торговый конфликт США и Китая является опасным сигналом, указывающим на то, что мировая экономика все больше фрагментируется, однако удержать капиталовложения в пределах национальных границ уже практически невозможно. Цифровые бизнес-модели и экосистемы, которые становятся все более актуальными, способны работать только на основе низких барьеров входа на рынок, т.е. только в условиях открытости.

Во всех контекстах не стоит даже и рассчитывать на полное угасание американо-китайского торгового конфликта, что обусловлено растущей стратегической конкуренцией двух держав. Глобальный консенсус в международной торговле долгое время был основан на том, что она выгодна для всех стран. Однако неолиберальные идеи не учитывали, что неравенство между странами может расти очень быстро, и ряд стран будет недоволен свободной торговлей, глобализацией и открытостью. Отсутствие надежных механизмов регулирования привело к новым экономическим проблемам в Китае (в частности, к неравномерному распределению доходов).

Дата публикации: 30.05.2019